Вы в разделе: Охота на водоплавающую дичь

Весенняя охота

Как известно, весной разрешается стрелять только самцов водоплавающих (исключение делается лишь для гусей и казарок, потому что визуально отличить гусака от гусыни на расстоянии практически невозможно). В соответствии с этим охоту можно проводить только определенным способом, а именно: из укрытия с подсадной уткой, манком и чучелами. Всякая ходовая охота, как и стрельба на перелётах и вообще по налетающим птицам, запрещается, так как очень легко случайно убить самку, а следовательно, погубить с нею и будущий выводок. Говоря о весенней охоте, нужно начать с описания подсадной утки. Что же она собой представляет и откуда появилась? Выводя породу подсадных, кряковых или, как их еще называют круговых уток, человек не стремился ни увеличению размеров и живой массы своих питомцев, ни к повышению их яйценоскости — все эти хозяйственно ценные свойства были ему безразличны. Человек был охотником и трудился над получением утки, которая активно подзывала бы к себе своих диких собратьев. Десятилетие за десятилетием из одомашненных в далеком прошлом диких крякв отбирались те экземпляры, которые на охоте чаще подавали голос и к которым охотнее подсаживалась пролетающая дичь. От них отводили потомство и из него вновь оставляли на племя лучшие особи. Так была создана подсадная. В идеале внешне она ничем не отличается от дикой кряквы: по характеру — непуглива и легко привыкает к хозяину; по темпераменту — азартна, любит общество себе подобных и всячески старается подозвать их к себе. Однако это все вовсе не значит, что, раздобыв кровную подсадную, можно быть уверенным в том, что она будет работать. Слишком часто высадив на воду приобретенную или взятую у егеря птицу, охотник обнаруживает, что она не проявляет ни малейшей склонности к выполнению своих обязанностей. Дело в том, что свои положительные свойства подсадная проявляет лишь при определенных условиях, а именно: когда она здорова, сыта, привыкла к воде, знакома с привязью и вообще с обстановкой, в которой проводится охота. Если данные условия не соблюдены, подсадная в лучшем случае выполняет роль живого чучела, в худшем — становится обузой. Многие охотники об этом не думают и потом горько сетуют на то, что с уткой им не повезло. Приехав в охотничье хозяйство и заручившись обещанием егеря, что подсадными утками он всех обеспечит, они даже не пытаются полюбопытствовать, в каком состоянии эти утки находятся. Им в голову не приходит заранее взять выделенную им подсадную и до начала охоты, а потом и в ходе ее проявить об утке некоторую заботу. Лишь перед выходом на зорю берут у егеря садок с пернатой помощницей, которая возможно долгие дни, а то и недели провела в полутемном сарае или тесной вольере, где каждый червяк, каждая травинка нарасхват, где возможность искупаться и привести в порядок оперение ограничена заполненным грязной водой корытом, а многочисленные и зачастую агрессивные товарки то и дело наделяют ее щипками. Она отвыкла от привязи, удерживающей ее на определенном месте, от простора весенней воды, от неопасных для нее ворон, чаек, чибисов и других представителей пернатого царства. Вследствие всего этого высаженные у шалаша подсадные не работают. Одна начинает купаться, сушить и чистить перья; другая, точно год ничего не ела, с жадностью добывает какую-то пищу, третья рвется к берегу или старается спрятаться, змеей вытягиваясь среди торчащих из воды травинок; четвертая сразу же намокает и того гляди утонет, словно она и не утка. Идет заря, летает дичь, а подсадная помалкивает и закричит только тогда, когда незадачливый охотник начнет ее ловить, чтобы водворить в садок. Тут, хлопая крыльями и обдавая его фонтанами брызг, она оглашает разлив истошными, но совершенно бесполезными криками. Проклинает вымоченный охотник и утку, и егеря, и хозяйство, куда приехал и ни минуты не подумает, что он сам творец своих несчастий. Взять бы ему прямо с приезда подсадную, пройти бы с ней к разливу или хоть к какой-нибудь весенней луже, привязать утку возле воды и посидеть около нее часа два-три. Она бы искупалась, смазала и привела в порядок оперение, пожировала, тогда и на воде вела бы себя совсем по-другому. Да и охотник бы выяснил, можно ли высаживать утку прямо на чистую воду или она так быстро намокает, что нужно присмотреть для нее кочку или приготовить кружок, на который она могла бы вылезть и обсохнуть. Тем из охотников, которые приезжают на охоту в хорошо организованные хозяйства, обычно не приходится искать, где держится дичь, выбирать место для шалаша и устраивать его. Все это уже сделано егерем, и охотнику остается только высадить утку и ждать своего счастья. Однако при этом всегда теряется многое из того, чем прекрасна весенняя охота с подсадной. Разве лишь в заключительном аккорде — выстреле по подсевшему селезню кроется ее прелесть? Разве не интересно самому отыскать здесь какой-то удобный для охоты плес, выбрать на нем место для шалаша и поставить этот шалаш там, где нравится и так, как удобно? Подготовка к охоте это ведь та же охота, и она доставляет не меньшую радость, чем хорошая работа подсадной, приближающееся шаканье идущего к ней селезня и удачный выстрел.